Суббота, 25 марта

Если бы Степанакерт иногда противился Еревану…



Сразу после переговоров в Вене между руководителями внешнеполитических ведомств стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ по проблеме Нагорного Карабаха МИД Нагорно-Карабахской Республики выступил с официальным заявлением, в котором не только была дана положительная оценка встрече, но и  выражена поддержка достигнутым договоренностям вокруг внедрения механизмов проведения раследования инцидентов на линии соприкосновения, расширения офиса личного представителя действующего председателя ОБСЕ. В заявлении также отмечалось, что НКР разделяет позицию стран-сопредседателей МГ ОБСЕ относительно исключения любой возможности разрешения конфликта вооруженным путем и необходимости соблюдения соглашений о прекращении огня 1994 и 1995 годов. Исходя из этих соглашений, которые были заключены с участием Степанакерта, МИД НКР также отметил: “Логика процесса урегулирования требует восстановить трехсторонний формат переговоров с целью достижения окончательного разрешения конфликта”.  

Когда с положительными заявлениями о “результатах” венских переговоров выступают страны-посредники, Азербайджан и даже Ереван, которые исходят из своих стратегических или тактических интересов, это можно понять. Единственным государством, которое должно высказывать недовольство и возражения по поводу этой встречи, является Республика Арцах, независимо от того, признана она международным сообществом или нет. Для этого Арцах имеет как минимум три веские причины.

Во-первых, в апреле Азербайджан развязал агрессию не против Армении, а против Арцаха. Необходимость же встречи в Вене была обусловлена исключительно новой военно-политической ситуацией, сложившейся именно вследствие этого нападения. Это равносильно тому, как если бы в 1994 г. карабахская сторона не участвовала в переговорах по подписанию Бишкекского соглашения об установлении перемирия.  

Во-вторых, этим наступлением Азербайджан нарушил упомянутое выше бессрочное соглашение об установлении перемирия. А поскольку НКР является стороной, подписавшей эти документы и, тем самым, выступившей в качестве субъекта международного права, то ее участие как в прошедших в Москве 5 апреля переговорах о прекращении огня, так и в венских переговорах должно было быть не логичным, как завляет официальный Степанакерт, а обязательным.  

В-третьих, что самое важное, вследствие этого нападения НКР понесла территориальные потери. Территориальная целостность Карабаха была нарушена по той простой причине, что территории, оказавшиеся под контролем азербайджанских вооруженных сил в результате позиционных потерь, согласно Конституции НКР, охвачены государственными границами страны.   

В ходе переговоров в Вене перед Азербайджаном не было поставлено требование вернуть эти территории. В итоговом заявлении сопредседателей нет ни намека на осуждение агрессии со стороны Азербайджана. По сути, новая ситуация, возникшая вследствие нарушения договоров об установлении и сохранении перемирия 1994 и 1995 гг., в Вене была легитимизирована. Тем самым был оправдан захват Азербайджаном территорий НКР и утвержден новый статус-кво. И когда Степанакерт приветствует эти переговоры и их результаты, он вольно или невольно легитимизирует не только свою изоляцию от переговоров, но и территориальные потерои, независимо от того, составляют они 800 гектаров или одну восьмитысячную гектара. А посему насколько правильно было в правовом и политическом смыслах выражать солидарность в этом вопросе с международным сообществом и сторонами переговоров ради расследования инцидентов или расширения наблюдательского потенциала офиса личного представителя действующего председателя ОБСЕ, или, что то же самое, только ради установления непрочного перемирия.  

Пресс-секретарь президента НКР Давид Бабаян заявил, что НКР не сможет реализовать ни одно соглашение, в достижении или одобрении которого не принимала участия.

Можно ли после того, как Степанакерт приветствовал результаты переговоров в Вене, говорить о том, что НКР одобряет достигнутые там устные соглашения? Если да, то возникает вопрос: согласна ли НКР на то, чтобы после разработки ОБСЕ механизмов расследования инцидентов они была внедрены на новых рубежах на Мартакертском и Гадрутском направлениях, которые появились в результате 4-дневного обострения в апреле?

Между тем реальность показывает, что даже после апрельской войны армянская сторона не изменила доктрину абсолютного согласия НКР с Арменией в дипломатическом поле. Венские переговоры также Степанакерт поддержал исключительно по той причине, что Ереван выразил удовлетворение их результатами.   

Именно из-за такого подхода Нагорный Карабах выбыл из переговоров, что привело к искажению Азербайджаном сути конфликта, представлению его в качестве территориального спра между Арменией и Азербайджаном и косвенного получения им на этой основе разрешения напасть на НКР. А теперь эта доктрина волей-неволей служит оправданию территориальных и даже позиционных потерь. Вследствие такого полного согласия НКР полностью лишишать правосубъектности, и если так будет продолжаться и дальше, то карабахская сторона может лишиться и достигнутых с ней когда-либо соглашений об урегулировании, возможности участвовать в разработке мирного договора. Для этого Азербайджан сделает все возможное.    

Но это не значит, что Степанакерт должен вступить в конфликт с Ереваном. Представить такое не просто страшно, это равносильно предательству. Однако тактика так называемого «управляемого несогласия» как возможность проявить большую гибкость, противостоять международному давлению и восстановить статус НКР как стороны конфликта и переговоров могла и должна была быть использована. Если до 2 апреля это могло считаться несущественным, то сейчас альтернативы такому подходу просто нет. И первым шагом к этому должно было стать выступление Степанакерта против одного только проведения переговоров в Вене, которые никаких существенных результатов фактически не дали. Если это не было сделано для того, чтобы не дать Азербайджану повод спекулировать «несогласием» и продолжать политику войны, то следует отметить, что Баку так или иначе не отказался от этой политики. В противном случае он должен был отвести с передовой ракетно-артиллерийские комплексы и бронетехнику, что, однако, не делается.   

4-дневная апрельская война создала более чем достаточные предпосылки не только для привлечения НКР в качестве стороны переговоров, но и для начала процесса ее международного признания. Между тем Степанакерт и Ереван своим курсом на полное согласие шаг за шагом потеряли этот шанс.  


Главная страница



Комментарии (1)
1. Գեւորգ10:04 - 22 мая, 2016
Լավ հոդված է: Սակայն ԼՂՀ - ի չմասնակցելու հանգամանքն իր մեջ մեծ հնարավորություն է պարունակում: Միայն թե կարեւոր է որ հայկական կողմը չմոռանա միշտ ընդգծել՝ ընդունվող բոլոր պայմանավորվածությունները վերջնական փուլում պետք է համաձայնեցվեն ԼՂՀ - ի հետ (որն արդեն իսկ ասվում է!) Իսկ վերջում էլ ղարաբաղցիք բոլորին մի լավ տեղ են ուղարկում՝ իրենց պայմանների հետ ...
Написать комментарий
Спасибо за ваш комментарий. Ваш комментарий должен быть подтвержден администрацией.

Последние новости

Все новости

Архив