Безрезультатный исход трехсторонней встречи, состоявшейся на минувшей неделе в Казани, вытекал из интересов как Армении, так и Азербайджана.   

Ереван и Баку отправились на эту встречу не для того, чтобы подписать лежавший на столе и уже окончательно согласованный мадридский документ, а для того, чтобы сорвать его принятие. Армении этот документ не был нужен, так как в соответствии с ним она передавала Азербайджану освобожденные территории в обмен на обещание о проведении опроса о самоопределении с неопределенной формулировкой, в неопределенной перспективе, на неопределенной территории. А Азербайджану это не было нужно, поскольку он взял на вооружение и неуклонно осуществляет программу по выжиманию из Армении максимум возможного и получению всего и сразу.   

Единственной стороной, которой не был выгоден такой исход встречи в Казани, является Россия, взявшая на себя с 2008 г. почти единоличную посредническую миссию в переговорном процессе. Казанская встреча четко показала, что Москва, несмотря на весь свой потенциал безоговорочного влияния в регионе, не в состоянии подвести стороны хотя бы к некоторому сближению позиций. Российский “век” в переговорном процессе явно подходит к концу, и это очень хорошо понимают все стороны. Москва уже начала выражать неудовлетворенность сложившейся ситуацией, открыто проявляя при этом раздражительность.    

Сначала газета “Коммерсант”, ссылаясь на анонимные источники, написала, что Медведев настолько разочарован казанской встречей, что готов прекратить свою посредническую миссию в процессе урегулирования карабахского конфликта и даже выдвинул ультиматум обоим президентам. Причины этих шагов понятны: Москва не могла открыто выразить свое разочарование, поскольку это было бы равносильно капитуляции, а на это Россия никогда не пойдет. Вместо этого она задействовала свою так называемую экспертную артиллерию, посредством которой в косвенной форме пригрозила, что если Москва вдруг решит “умыть руки” от переговоров, то война станет неизбежной. И чтобы этот тезис звучал более убедительно, с помощью того же экспертного “подразделения” в козла отпущения провала российского посредничества превращают США с их программой начала военной кампании против Ирана и притязаниями на использование в качестве плацдарма зону нагорно-карабахского конфликта. Именно эти идеи развивали во время последнего телемоста Ереван-Москва российские эксперты Сергей Михеев и Владимир Захаров.

Шаги, предпринимаемые Москвой в результате отчаяния и безысходности, понятны: своей неудачей Россия предоставляет реальную возможность США и Евросоюзу взять инициативу в свои руки. А в этом случае Москва либо превратится в простого наблюдателя, либо, сформировав новый блок с Ираном, начнет изнутри торпедировать усилия Запада. Последний, в свою очередь, не имеет ресурса для опоры на мадридский процесс, учитывая, с одной стороны, опыт провала России и перспективу попадания в ту же ловушку, а с другой – очевидность того, что этот процесс не сближает, а еще больше отдаляет позиции сторон переговоров. То есть это вызовет проблему поиска новых механизмов, продолжения переговоров, разработки новых концепций.   

Осознание этого на Западе уже формируется и укореняется. Так, госдепартамент США на днях без обиняков заявил, что разочарован подобным исходом казанской встречи. Это разочарование было вызвано не столько переговорщиками, сколько Москвой. Тем самым Вашингтон дал понять, что русская игра близится к концу.   

Нельзя исключать, что в Казани стороны не подписали какой-либо документ, хорошо понимая тонкости ситуации, сложившейся между посредниками. Подобные сигналы Запад подавал как раз накануне казанской встречи, организовав в Европарламенте слушания по проблеме Нагорного Карабаха и озвучив в ходе них несколько четких мессиджей.  

Во-первых, французский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Бернар Фасье заявил, что если не удастся добиться успеха в Казани, то посредники вынуждены будут представить новую концепцию урегулирования. А американский сопредседатель Роберт Брадтке прямо заявил, что не будет против, если инициативу в процессе урегулирования конфликта возьмет в свои руки Евросоюз.  

На фоне всего этого не было случайно, что единственная сопредседательствующая в МГ ОБСЕ страна, Франция, в отличие от США и России, не только не выразила разочарования казанской встречей, но и на уровне Министерства иностранных дел официально заявила, что процесс продолжается и что в ближайшее время  состоится визит сопредседателей МГ в регион.  

Нельзя исключать, что это первые признаки активизации ЕС в лице Франции в переговорном процессе по урегулированию карабахского конфликта. Подобный сценарий выгоден США, поскольку вовлеченность ЕС в процесс урегулирования создаст более реальные гарантии стабильности в регионе.  

За прошедшие два года ЕС последовательно готовился к вовлечению в процесс. В мае 2010 г. Европарламент принял резолюцию по Нагорному Карабаху, а спустя год, в апреле 2011 г., поставил перед Евросоюзом задачу посредством новых резолюций установить прямые контакты с непризнанными южнокавказскими государствами и реализовать в этом регионе гуманитарные программы. А слушания в Европарламенте по проблеме НК представляли собой откровенную заявку на перевод процесса урегулирования конфликта под мандат ЕС.  

Если учесть, что за прошедшие два года Евросоюз несколько раз заявлял о необходимости урегулирования конфликта на основе трех общеизвестных принципов Хельсинкского заключительного акта ОБСЕ, то сочетание его интеграционной политики, многолетнего опыта урегулирования конфликтов посредством сотрудничества, уже прочное обоснование в странах региона благодаря различным программам может перевести переговорный процесс в совершенно новое и более конструктивное русло.   

Однако вся проблема в том, приведет ли это к изменению формата переговоров и смирится ли Россия с той скромной ролью, которая будет ей отведена.