Армения и Азербайджан - 2011: мнения и комментарии

Какую роль играют евроструктуры в процессах демократизации Армении? Насколько востребована демократия в обществе? Что в сухом остатке от деятельности правозащитных организаций Армении? На эти и другие вопросы по процессам демократизации в Армении и Азербайджане отвечали руководители четырех неправительственных организаций двух стран: Исполнительный директор Международного центра человеческого развития Теван Погосян и Председатель совета Клуба журналистов “Аспарез” Левон Барсегян (Армения), директор организации «Демократический  мониторинг» Фуад Гасанов и председатель «Клуба прав человека» Расул Джафаров (Азербайджан).

Опросы-интервью армянских и азербайджанских специалистов различных сфер – это часть работы, которая проводится в Армении и Азербайджане в рамках совместного проекта Исследовательского центра «Регион» (Армения) и Института мира и демократии (Азербайджан). 

Проект «Альтернативная информация для армяно-азербайджанского диалога» поддерживают посольства Британии в Армении и Азербайджане.

Интервью одновременно публикуются в газетах «Hetq» (Армения) и  «Новое время» (www.novoye-vremya.com, Азербайджан).

В Азербайджане интервью проводятся Институтом мира и демократии.

Исследовательский центр Регион 

Исполнительный директор аналитического Международного центра человеческого развития Теван Погосян

-Как отражаются на практике демократических реформ Армении оценки и рекомендации ЕС, СЕ и других международных организаций? Каковы наиболее действенные рычаги у европейских структур для продвижения процесса демократизации в нашей стране?

- До сих пор все европейские институты без стеснения говорили о тех недостатках, которые есть в Армении. Полагаю, что государственные структуры Армении стараются не получать негативных оценок. В этом плане, оценки европейских структур оказывают позитивное воздействие, но, как мы все знаем, их оценки бывают и необъективными. Например, они заявили, что не признают выборов в Карабахе. Необходимо осознавать, что любой европейский институт - это, прежде всего, институт политический и, естественно, их оценки бывают субъективными. Интересен и сам механизм формирования оценок, например, такого европейского института как ПАСЕ  (Парламентская Ассамблея Совета Европы). Любая оценка касательно Армении, из уст руководителя этой структуры не будет положительной. По моей оценке, данные институты, так или иначе, имеют положительное воздействие, так как эти люди все же приезжают-уезжают, и пытаются сделать позитивные подвижки. Кроме чисто политических заявлений, которые  ими делаются, оказывается и техническая помощь, организуются курсы, семинары.

Надо понять, что демократия в один день не построится. Даже если их предложения не осуществляются сразу, то рано или поздно все же воплощаются в жизнь. Начиная с 2008 г. мы находимся в процессе законодательных реформ. Какая-то часть изменений в законе, была проведена достаточно быстро, а другая часть – медленней. Сейчас будут назначены мониторинги. Если даже какие-то реформы растягиваются на долгое время то, тем не менее, я уверен они будут осуществлены. Тот диалог между властями и оппозицией, что начался этим летом, когда стала формироваться культура диалога это, собственно, предложение европейских структур, сделанное после марта 2008-го года. Правда прошло три года с того времени, но все же это произошло.

Что касается рычагов воздействия, то рычагом должно, все же, стать наше собственное желание. Есть программы, в рамках которых Евросоюз оказывает Армении содействие. Существуют условные рычаги. Например, после Варшавского саммита, в Программе  Восточного партнерства стал применяться новый подход – больше за большее. То есть, будет предоставлено больше, если будут выполнены определенные обязательства. Это можно рассматривать как условный (непрямой) рычаг воздействия.

- Сколько парламентариев представляют Армению  в СЕ, как формируются эти группы и в чем конкретно заключается их практическая деятельность (представление интересов страны, истинной ситуации демократии в стране)?

- Каждая фракция имеет свою представительскую квоту. От каждой парламентской партии там, обязательно есть представитель. Каждый имеет право на выступления, и это означает, что свое мнение могут высказывать как представитель правящей партии, так и оппозиционных. Они также участвуют, в выработке политических заявлений Совета Европы. Понятно, что есть страны – давние члены СЕ и такие как наша, где такая школа, такая культура в качестве институциональной работы, стали формироваться лишь недавно. Команда нашей страны пока еще, не владеет в полной мере, механизмом использования дипломатических связей. Но нынешний состав делает больше, чем предыдущий. Впервые, наша команда не только защищалась, но и переходила в наступление когда, скажем, заходила речь о карабахской проблеме.  В моем представлении, демократия в Армении востребована, так как идет смена поколений. Новое поколение более стремится к демократии.

Председатель совета Клуба журналистов “Аспарез” Левон Барсегян

-  Как обстоят дела с защитой прав человека в Армении? Сотрудничают ли правозащитные организации нашей страны с Институтом Омбудсмена? К кому больше обращаются граждане, и по каким вопросам – к Омбудсмену или правозащитным организациям?

- Власти продолжают нарушать права на свободу слова, перемещения, справедливое судебное разбирательство, свободу собраний и ряд других основополагающих  прав человека. Тех, кто нарушает право выбора, я считаю ворами судеб, так как речь не о воровстве имущества или денег, а воровстве будущего. Если даже один отданный голос изменен, значит, изменяется жизнь людей, общины, государства.  Власти не прилагают существенных усилий для уменьшения нарушений в сфере прав человека; скорее это реактивная деятельность, под давлением правозащитных организаций или отдельных людей, чем проактивная. С офисом защитника прав человека ряд правозащитных организаций, в том числе и наша, не сотрудничают. Как с прежними омбудсменами, так и с нынешним, сотрудничество не может быть продуктивным, по двум причинам. Первая в том, что данная структура не может иметь сколь-нибудь существенного влияния, так как законодательно, ее полномочия весьма ограничены. Она не имеет правовых основ для активного вмешательства. Офис Омбудсмена я могу сравнить с крупной общественной организацией. Единственно положительной чертой является разве что, наличие ресурса быстрого реагирования, к чему можно непосредственно обратиться, в случае ограничения прав в какой-либо структуре. Другая причина личного свойства: лично мне, не внушает доверия, деятельность нынешнего защитника. Я полагаю, что в Армении власть захвачена и, когда кто-то принимает предложение сотрудничества со стороны захватчика, то он, фактически, примыкает к нему. 

У меня нет статистических данных,  но полагаю что, в целом, люди больше обращаются в правозащитные организации, чем в офис Омбудсмена. Как уже отметил, лично я не связываю серьезных надежд с этим офисом но, мы всегда информируем обращающихся к нам о возможности, обратиться также туда. Судя по откликам этих людей, они не получают там существенного результата, по своим делам.

Мой опыт показывает, что граждане обращаются в правозащитные организации, прежде всего, с проблемами в области социальной справедливости, а также правосудия. Однако, они обращаются в самом конце процесса, когда все возможные ресурсы уже исчерпаны – как законные так и незаконные. Ежегодно, к нам обращаются 250-300 человек.

-  Является ли демократия в Армении востребованной со стороны общества, и необратим ли процесс демократизации в стране?  

- Я не вижу со стороны людей активных усилий по борьбе за собственные права; для них всегда более предпочтительным решением проблемы, является эмиграция. Те, кто знают, что такое демократия, чувствуют в ней необходимость.

По моим оценкам, сейчас мы испытываем существенный отход от пути демократизации: если хочешь стать директором школы или руководителем общины и т.д., выгодно быть республиканцем (членом правящей Республиканской партии Армении – от ред.). Конечно, есть активистские движения, но они оторваны от общества в целом. Надо видеть, как люди носят значок республиканца; в нашем обществе это уже становится частью идентичности.

Нельзя сказать, что демократия в Армении, имеет необратимый характер. На данной стадии, происходит углубление авторитаризма, и если бы не наличие  некоторых групп внутри страны и влияние некоторых факторов извне, то нынешний авторитаризм мог бы обрести уже более глубинные качества.

А демократии в Армении, и не было. Первые 5-7 лет 90-х годов, были надежды, что основным механизмом улучшения жизни людей, станет демократия. Потом власти стали продвигать тезис о том, что, в странах типа нашей, демократии быть не может, так как у нас есть серьезная проблема безопасности страны, и это вступает в противоречие с демократией. Это – ложные проповеди. Во власти есть люди, так думающие, и такие, кто думают иначе. Но так как это диктуется сверху, все продолжают жевать эту резину. На самом деле, гарантией национальной безопасности является именно демократия.